Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В середине февраля группа журналистов из европейских и американских изданий опубликовала расследование, посвященное установлению бенефициаров люксембургских компаний. По сути, это текст из целой череды его аналогов — все помнят, например, Panama Papers или Paradise Papers — в чем-то более, в чем-то менее скандальных.

Тем не менее люксембургский кейс — особенный, поскольку он стал возможен благодаря не утечке данных или хакерским атакам, а последовательному глобальному движению и, в частности, ЕС, к публичности информации о владельцах бизнеса. Реестры акционеров европейских компаний (в отличие от офшорных юрисдикций, Люксембург в их число, разумеется, не входит), как правило, являются публичными. То есть, эта информация изначально доступна для любых третьих лиц.

Но в недавнем прошлом закрыть данные о реальных владельцах можно было с помощью либо номинальных акционеров, либо корпоративных структур, зарегистрированных в странах с конфиденциальными реестрами, или, попросту говоря, в офшорах. Бенефициары европейских компаний в таком случае раскрывались только банкам при открытии счета и юридическим фирмам, которые участвовали в создании и обслуживании данных компаний. Информация считалась строго конфиденциальной и не подлежала разглашению вне законодательно установленной процедуры даже при поступлении официального запроса от налогового ведомства другого государства. Таким образом, бенефициары (или «бенеки» на профессиональном жаргоне) бизнеса долгое время имели возможность непублично владеть зарубежными активами. По крайней мере, если не происходило описанных утечек информации.

Впоследствии заработал автообмен финансовой информацией между странами, в результате чего секретность в отношении личности конечного собственника была практически сведена к нулю в рамках взаимодействия с государственными органами. Но эта информация всё равно была доступна только сотрудникам госструктур, а не широкой общественности и журналистам.

Недавно ситуация кардинально изменилась — в результате принятия ЕС Пятой Директивы по борьбе с отмыванием доходов. Предшествующая ей, Четвертая, предписывала странам выбрать свой подход к получению доступа к данным о бенефициарах. То есть, она установила требование создать реестр, но каким он будет — публичным или закрытым — решали сами государства. При этом не все участники ЕС пошли на публичность информации, аргументировав это, например, защитой персональных данных.

Но Пятая Директива серьезно ужесточила условия прозрачности владения. В частности, она установила требование обеспечить публичный доступ к реестрам бенефициаров компаний. В результате, все страны ЕС были обязаны внести соответствующие изменения в свое национальное законодательство к 10 января 2020 года. Правда, пандемия коронавируса отодвинула указанные сроки.

Тем не менее ряд стран пошли по этому пути создания публичного реестра бенефициаров. Например, Люксембург. Который, впрочем, открыл свой реестр еще в конце 2019 года. Почему же расследование появилось лишь сейчас?

Поиск в реестре можно было производить только по названию или регистрационному номеру компании, но не по имени бенефициарного владельца. Изданию Le Monde (один из авторов расследования) удалось получить полную версию базы данных в электронном виде, что сделало возможным поиск по имени «бенека» и государству его проживания. Таким образом, вычислить, например, россиян, связанных с люксембургскими компаниями, стало очень просто. В результате получилось первое расследование, которое было проведено на основе анализа документов, полученных из официальных источников и абсолютно законным путем.

В мае 2020 года Европейская Комиссия указала, что 17 стран не выполнили обязательства по имплементации Пятой Директивы. Например, Великобритания, Австрия, Бельгия, Чехия, Эстония, Греция, Ирландия, Люксембург и Польша получили уведомления о неполном переносе положений документа. А Кипр, Венгрия, Нидерланды, Португалия, Румыния, Словакия, Словения и Испания вовсе не начали исполнять директиву.

Любимый в России Кипр только начал сбор сведений для формирования реестра бенефициаров компаний — процесс был запущен 18 января 2021 года и продлится шесть месяцев. Пока он не будет публичным, но его открытие для общественности — дело ближайшего будущего. Можно уверенно сказать, что это повлечет за собой как минимум ещё одно журналистское расследование.

Очевидно, что массовое внедрение публичных реестров бенефициарных владельцев открывает новую эпоху абсолютной прозрачности информации, поэтому структурирование активов таким же образом, как это было принято пять-десять лет назад, несет в себе существенные риски. Соответственно, и юристы, и владельцы бизнеса должны оперативно реагировать на происходящие изменения и подстраиваться под них. Что, вообще говоря, мы и наблюдаем — в виде начинающегося бегства из традиционных налоговых гаваней в более закрытые юрисдикции или возврату в страны получения доходов.

Автор — партнер FTL Advisers

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Прямой эфир