Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В правительстве сообщили о существенном исполнении «Общенационального плана действий, обеспечивающих восстановление занятости и доходов населения, рост экономики и долгосрочные структурные изменения в экономике», принятого в октябре 2020 года — 38% за четыре месяца. В ходе осуществления плана правительство России уделяло приоритетное внимание расходам на укрепление систем здравоохранения, социальной защиты, на поддержку частного сектора и противодействие сбоям на финансовых рынках. Кроме того, для поддержания занятости были внедрены схемы сохранения рабочих мест и поддержки рынка труда.

Пандемия привела к падению российского ВВП в 2020 году на 3,1% и росту безработицы (по опросам) на 1,2 п.п., или более чем на 850 тыс. человек. При этом падение сектора платных услуг, розничной торговли и грузооборота транспорта составило 17,3%, 4,9 и 4,1% соответственно. Добывающая промышленность сократила выпуск на 7%.

В то же время, падение ВВП в России было меньше, чем в Еврозоне и США, где оно, по оценкам Всемирного Банка, составило, 7,4% и 3,6%. В развивающихся странах ВВП в среднем упал меньше, чем в России — на 2,6%. Но, если учесть, что 1 п.п. в российском падении приходится на рукотворное (в рамках соглашения с ОПЕК) снижение добычи нефти и выпуска в добывающем секторе в целом, то падение ВВП в России выглядит весьма небольшим с учетом суровых будней пандемической экономики, когда, например, в Индии экономика рухнула почти на 10%.

Одновременно в Китае и Турции, а также в Бангладеш и Египте ВВП вырос в 2020 году на 2,0%, 0,5%, 2,0% и 3,6% соответственно, что говорит о том, что и в нынешних условиях есть зоны и секторы роста, и российская экономика может быть на них в той или иной степени (с учетом ее специфики) переориентирована в ближайшее время. Новейшие уроки кризиса 2020 года необходимо выучить и бизнесу, и регуляторам и внести в имеющиеся стратегии необходимые коррективы.

При этом выходить из кризиса и ускоряться придется в нелегких внешних условиях. Мировая экономика вступила в пандемию COVID-19 после десятилетия разочарований в прогнозах и замедления потенциального роста производства. Ожидается, что распространение вируса усилит замедление темпов роста, ранее прогнозируемое на 2020-е годы. Потребители, столкнувшиеся с более слабыми перспективами повышения доходов, и в мире, и в России будут склонны сдерживать свое потребление; инвесторы с более слабыми перспективами роста продаж и доходов будут откладывать инвестиции. Слабые долгосрочные прогнозы и ожидания роста могут создать самореализующееся «плохое равновесие».

При этом амбициозные и продуманные реформы, направленные на поддержку инвестиций, модернизацию образования и улучшение ожиданий, могут обратить вспять большую часть негативного воздействия пандемии на потенциальные перспективы роста. Поддержка спроса и институциональные реформы должны укрепить прогнозы по увеличению инвестиций и производства.

Пандемия еще может привести к технологическим и политическим прорывам (на основе снижения неравенства и увеличения инклюзивности экономического развития), которые повысят долгосрочные перспективы роста. Это также может создать возможности, которыми Россия способна воспользоваться в своих интересах.

Пандемия будет стимулировать организационные улучшения в бизнесе и создание более эффективных производственных технологий (в здравоохранении, образовании, в сельском хозяйстве, в энергетике, на транспорте и в космической отрасли). Решоринг и перестройка промышленности могут открыть новые возможности для присоединения к глобальным цепочкам создания стоимости, способствующим торговле, инвестициям и передаче знаний.

Цифровые технологии, опробованные в ходе пандемии, могут расширить доступ к финансированию, обеспечить более эффективное предоставление государственных и коммерческих услуг, ускорить тенденцию к автоматизации рутинных профессий и уменьшить значимость острой для РФ проблемы нехватки рабочей силы. Снижение миграции в мегаполисы и вероятное возникновение в России новых полюсов развития на юге, а также в пригородах крупных городов повысит устойчивость экономики.

В условиях ограниченных бюджетных ресурсов меры по поддержке спроса, снижению неопределенности, институциональные реформы и усилия по диверсификации экономики будут способствовать перераспределению ресурсов, которые потребуются экономике для адаптации к постпандемическому экономическому ландшафту. Они также могут стимулировать частные инвестиции, необходимые для энергичного восстановления, в то время как в России возник дефицит госбюджета. Инвестиции в человеческий капитал будут иметь жизненно важное значение для восстановления после серьезнейшего ущерба, нанесенного ему распространением коронавируса.

Необходим заложенный в планы правительства и возможно еще более усиленный серьезный толчок к улучшению бизнес-среды, повышению гибкости рынка труда и товаров, а также к модернизации государственного управления. Во время пандемии правительство поддерживало кредитование фирм для решения проблем с ликвидностью, включая кредитные гарантии, моратории на платежи и ослабление регулирования. По мере спада кризиса в области здравоохранения и экономики необходимо периодически пересматривать эту политику, чтобы обеспечить прозрачность качества активов и избежать подрыва капитализации банков.

Надо еще больше усилить надзорную оценку качества кредитов и улучшить режимы урегулирования и взыскания задолженности для решения потенциальных проблем, связанных с повышением уровня корпоративного долга. В условиях роста просроченных кредитов более быстрые процессы банкротства и разрешения внутреннего долга будут иметь важное значение для того, чтобы активы могли быть освобождены от судебных разбирательств и перепрофилированы для целей структурной перестройки.

Автор — замдиректора Института «Центр развития» НИУ ВШЭ, кандидат экономических наук

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Прямой эфир