Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Меня с Паулсом познакомили в Юрмале мои друзья. Я ему тогда сказала: «Раймонд Вольдемарович, давайте устроим сольный концерт в зале «Октябрьский»! У вас столько песен, столько музыки». Он ответил: «Да, но мне не с кем работать, мне нужны новые солисты». — «Я слышала, что вы хорошо относитесь к певцу Валерию Леонтьеву». Он говорит: «Мне нравится этот певец, но у него свои планы». Я его уверила: «Раймонд Вольдемарович, это я беру на себя».

Приезжаю в Ленинград, вызываю своего режиссера-постановщика Олега Яковлевича Аверьянова, рассказываю ему о своей идее творческого вечера. Но сразу говорю: «Материала-то у нас нет. Леонтьев поет одну его песню, а что мы будем делать дальше?» Он говорит: «У Раймонда Паулса в Рижском театре шел мюзикл «Сестра Керри». Давай покажем первое отделение «Сестры Керри», а во второе наберем песни Леонтьева». Идея мне понравилась, но кто сыграет Керри? Режиссер отвечает: «Маргарита Терехова». Я говорю: «Олег, подожди, а Маргарита знает об этом?» — «Нет, но узнает. Я договорюсь». Вот такой совершенно авантюрный план!

Звоню Валерию Леонтьеву, рассказываю эту идею. Он, конечно, в восторге, потому что Раймонд Паулс — это Раймонд Паулс. Мы с Леонтьевым договариваемся встретиться в Юрмале — назначаем определенный день. Валерий летит из Москвы, я — из Ленинграда.

Помню, меня тогда предупредили о характере композитора. Сказали, что он очень обязательный и корректный, но не самый контактный человек: «Если вы будете договариваться, он обязательно скажет, что занят, или придумает какой-то другой предлог. Я сразу поняла, как надо поступить. Мы приехали, устроились в гостиницу «Юрмала». Набираю номер: «Здравствуйте, я приехала. Завтра в два часа встречаемся в ресторане гостиницы». И просто вешаю трубку. Он даже не успел мне сказать ни «да», ни «нет».

В два часа мы сели в ресторане, попросили отдельную комнату. Ровно в 14:00 подъезжает Паулс, его проводят к нам. Сажусь за стол, представляю моих коллег, беру лист чистой бумаги, ручку. «Значит так, Раймонд Вольдемарович, не возражайте, мы всё придумали». Он удивленно смотрит на меня. Я говорю: «Первое отделение — «Сестра Керри». Он в шоке: «Что? Как?» — «Наш режиссер-постановщик уже все придумал, Маргарита Терехова в главной роли. Во втором отделении будет петь Валерий Леонтьев. Ровно через два месяца в ноябре такого-то числа мы объявим три наших вечера». Он снова: «Как?» И тут я заявляю: «Но у Леонтьева есть одна ваша песня, значит, вам за это время надо написать еще одиннадцать». Он был явно ошеломлен такой напористостью. В финале я добавила: «Возражения не принимаются». Паулс потом говорил, что это был первый случай в его жизни, когда с ним так разговаривали.

Вечером после этого обеда мы всей этой командой дружно пошли в сауну, посидели там, поговорили. Было замечательно, Раймонд оттаял. Мы потом сели в поезд, ехали в одном купе с Валерием Леонтьевым и его директором. Валера получил целый диск новых песен. Помню, как он включил их в вагоне… Слушает в наушниках и смотрит на меня такими огромными глазами: «Ах, Эмма Васильевна, это что-то нереальное!» Он тогда первым прослушал «Затмение сердца».

Ровно через два месяца у нас состоялся творческий вечер Раймонда Паулса. Но перед этим мы все как следует понервничали. За сутки до встречи звоню Раймонду: «Какой номер вагона? Я вас встречаю». Он мне говорит угрюмо, у него в принципе такая манера разговаривать: «Я никуда не поеду. У меня температура 38,5. Я отменил всё». Мы с ним проговорили, наверное, час, я его слушала, слушала, слушала… Он сказал: «То, что вы придумали, это безумие, я никогда без репетиций со своими музыкантами нигде не работал». Я поняла, что он очень нервничал, и сказала: «Так, Раймонд, короче: какой номер вагона?» — «Второй».

Утром я встречала его с букетом цветов, он вышел из вагона, кивнул хмуро, ушел вперед. Я отдала цветы его супруге. Как-то так получилось, что Ланочка стала моим другом с первого дня знакомства. Она мне шепотом говорит: «Молчи, он со мной не разговаривает уже неделю. Сказал, что я с тобой спелась, и вместо того, чтобы поддержать его, я всё время поддерживаю тебя». Но я понимала, что он просто очень переживал, привык все программы готовить сам. Он всегда много репетирует — очень требовательный музыкант. А тогда ему было совершенно непонятно, с какими музыкантами он будет работать.

Когда сразу с вокзала мы пришли на репетицию, там был такой шум: все ссорятся, музыканты что-то не то делают, режиссер на них кричит. Мы с Раймондом входим в зал, и в миг установилась такая тишина! К нему все относились с придыханием — маэстро Паулс вошел. Он хмуро сел в партере послушать музыкантов, но как только они заиграли, человек изменился в корне: блестящие глаза, энергия, он быстро пошел к сцене. Мы поставили там два рояля: он за одним, а за другим — солист ансамбля «Диапазон». Они стали импровизировать! Это было потрясающе. Так он и репетировал до самого вечера, даже перерыва на обед не сделал. «Маэстро, давайте отдохнем» — «Нет-нет». Он весь сиял. Артист с большой буквы. Три блистательных вечера прошли незабываемо.

С этих пор у нас был огромный период очень близких и добрых отношений. Его супруга всегда спрашивала: «Как ты сумела с ним найти общий язык, он вообще-то такой неконтактный?» Я говорю: «Мы поняли друг друга с самого начала». Когда Раймонд приезжал в Ленинград, Ланочка всегда звонила мне. Говорила: «Я знаю, что ты очень занята, но встреть его, пожалуйста, ты же знаешь, что он посторонних людей не очень любит». И он всегда приходил к нам домой, мы с мужем и сыном накрывали на стол. Это был любимый гость.

Это было счастливое время, мне так хочется, чтобы оно повторилось. Я пытаюсь уговорить маэстро все-таки сделать творческий вечер, но вот пока сложно вообще об этом рассуждать, потому что пандемия… Но я все-таки об этом мечтаю и постоянно ему об этом говорю. Вот и в день юбилея утром я позвоню ему и скажу: «Маэстро, какую дату мне ставить?» А он опять на меня поворчит.

С днем рождения, наш любимый, самый талантливый Маэстро!

Автор — заслуженный работник культуры РФ, лауреат ордена Почета

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Прямой эфир