Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Давать прогнозы в нынешней ситуации дело опасное. Пандемия в ноябре-декабре переросла в настоящий мор; ушли из жизни и несколько писателей, в том числе — в расцвете творческих сил. Они наверняка бы написали в наступившем году новые произведения, которые так или иначе изменили бы литературный ландшафт. И кто знает, что этот ковид натворит еще…

Но представить новый год желание, конечно, есть. И литературный урожай 2021-го, уверен, будет в немалой степени связан с опытом самоизоляции, неожиданной смертью родных и близких людей, тревогой, практически закрытыми границами, четырьмя стенами, в которых мы в основном и провели год ушедший.

Не думаю, что большинство писателей бросятся (или уже бросились) писать книги обо всем этом. Но опосредованно, косвенно опыт ковидного бытия отразится у многих. Наша цивилизация, в общем-то, долго жила относительно благополучно. Даже постоянные вооруженные конфликты, социальные катастрофы целых слоев общества, стихийные бедствия не могли поколебать уверенности в том, что человечество крепко и по сути бессмертно. И вот появился невидимый глазу мутирующий враг — и вполне может выжечь всё, как выжигает легкие уже миллионам людей.

Но, конечно, эта история вдохновляет пишущих людей. Плоды этого вдохновения мы наверняка будем наблюдать и в новом году, и позже.

Люди имеют способность приспосабливаться. Весной мы видели почти панику, растерянность, тревогу, которая обессиливала, приводила в отчаяние. Сейчас люди ведут себя спокойнее, они подготовились. В том числе и морально. Большинству писателей тоже нужно время прийти в себя, оглядеться, подготовиться, дать теме несколько отступить или же к ней привыкнуть.

Немалое число людей, знаю, покинули города, переселились на дачи, в деревни, вспомнили о земле, о сельском хозяйстве. Уверен, что мы увидим всплеск если не деревенской прозы, то книг не о городах. Мегаполисная литература с ее клубами, офисами, ресторанами и тому подобном и так выходит из моды. Наверняка ситуация с короновирусом процесс этот ускорит.

Конечно, воспрянет фантастика. Может быть, и та ее ветвь, что почти зачахла, — научная. Но я надеюсь на всплеск философской фантастики. В стиле Ивана Ефремова, Стругацких, Лема, Бредбери. Общество корнево меняется в последние месяцы, и писатели должны это уловить и развить в своем воображении, показать нам, к чему оно, общество, может прийти, во что превратиться.

Не хотелось бы вала антиутопий одна страшнее другой. Лучше почитать утопии — поджанр нечастый нынче.

Ну и реализм получил мощнейшую пищу для своего развития. Реальность начиная с апреля 2020-го сместилась, порой она напоминает фантастику. Но это реальность. Новая реальность, или «новая нормальность» — термин, который вспоминают всё чаще.

В сложном положении оказались драматургия и сценарное искусство (а это, я уверен, роды словесности). Пьесы и сценарии пишутся, но без большой надежды на реализацию. Думаю, многие заметили, что в фильмах и сериалах, снятых в ушедшем году, почти нет массовых сцен. Спектакли тоже всё более камерные. А камерность, по-моему, провоцирует авторов на усиления психологизма. Надеюсь, фильмы и спектакли станут умнее.

Что касается самих писателей… Абсолютное большинство пишут не только ради тиражей и, соответственно, гонораров. Поэтому писать будут. Книги продолжат выходить. Правда, формат их будет меняться.

И до карантина, когда месяца на три закрылись книжные магазины, электронные книги постепенно теснили бумажные, процесс этот шел и теперь наверняка продолжится. Ну и интернет-магазины набирают обороты. Лично я как раз в 2020-м довольно часто стал заказывать бумажные книги через интернет и скачивать электронные в Сети. Цены на электронные книги небольшие, глаз и мозг привыкает читать с экрана для души (до этого читал только по работе). Единственное, перед чем пока устоял, — аудиокниги современных авторов. Но классику слушаю с детства…

Долгое время я был сторонником малой прозы — рассказов, небольших повестей. Но в последние годы как читатель ощущаю тоску по большим, протяженным, толстым книгам. Традиционный ли это русский роман с несколькими линиями или однолинейное повествование на 700 страниц. Такая проза стала появляться всё чаще. Издатели, видимо, не так жестко ставят условия ужимать повествование до удобных, как высчитали маркетологи, четырех сотен страниц.

Человек явно устал от мельтешения новостей. Многие пристрастились слушать пространные лекции психологов, антропологов и им подобных и читать те книги, что будут сопровождать их две-три недели, а то и дольше. Меня, честно говоря, удивил успех «Земли» Михаила Елизарова. Оказалось, люди хотят подробно, дотошно написанную историю мало чем примечательного современника. Причем историю без закрученного сюжета, без знакомой исторической основы. «Землю» невозможно прочитать быстро — объем по нынешним временам запредельный… Не знаю, сколько экземпляров было куплено, но впервые за долгое время наблюдал процесс, когда книгу передавали из рук в руки, занимали очередь.

Конечно, и до того толстые книги прозы время от времени имели читательский успех, но там большое значение имела тема (ГУЛАГ, убийство или самоубийство подростков, депортации, война и так далее). Здесь же читатель клюнул на историю частной жизни. Рассказанную, повторюсь, подробно и без особых сюжетных завлекух.

Хочется, чтобы в наступившем году, который наверняка пройдет если и не под пятой самоизоляции, то уж наверняка в самоограничении, подобных толстых книг издавалось и читалось как можно больше.

Автор — писатель, лауреат премии «Ясная Поляна»

Позиция редакции может не совпадать с мнением автора

Прямой эфир