Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Главный слайд
Начало статьи
«Очень не хватает отца, но я должен смириться и двигаться дальше»
2020-09-06 14:15:21">
2020-09-06 14:15:21
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Чемпион UFC Хабиб Нурмагомедов продолжает подготовку к очередной защите титула. 24 октября непобежденный россиянин (280) сойдется в клетке с американцем Джастином Гэтжи (222). Этот бой станет главным на турнире UFC 254, который пройдет на «бойцовском острове» Яс в Абу-Даби. Трансляцию поединка в прямом эфире можно будет увидеть только на телеканале РЕН ТВ.

3 июля семья Хабиба и весь мир смешанных единоборств понесли тяжелейшую утрату: умер отец и тренер 31-летнего чемпиона Абдулманап Нурмагомедов.

Сегодня Хабиб продолжает тренироваться и готовиться к поединкам по системе отца в зале, который был спроектирован им же. Корреспондент «Известий» съездил в село Кироваул в Дагестане и пообщался с российским бойцом после очередной тренировки. Хабиб Нурмагомедов рассказал о том, как изменилась его жизнь после смерти отца, оценил ход подготовки к бою с Гэтжи и вероятность проведения реванша с Конором Макгрегором, а также поединка по правилам бокса с Флойдом Мейвезером.

— К бою с Гэтжи вы будете готовиться в Дубае, а не в Дагестане. Почему?

— Перед каждым боем я отправлялся в Америку. Там готовился где-то два месяца, после чего вылетал туда, где проходил бой. На этот раз решил готовиться здесь, а затем вылететь в тот локейшен, где состоится поединок.

— Каким будет состав команды, которая отправится вместе с вами в Дубай?

— 27 сентября в Абу-Даби выступит Зубайра Тухугов. 10 октября там будет драться Тагир Уланбеков. Зубайра полетит вместе с нами, а Тагир отправится в ОАЭ отдельно (сейчас Уланбеков находится в США. — «Известия»). Также в Абу-Даби бои будут у Ислама Махачева, Умара Нурмагомедова. И с нами полетит команда, которая будет нам помогать.

— Их соперники уже известны. А что насчет вашего брата, Абубакара? С кем будет биться он?

Мы решили передвинуть его возвращение на декабрь. Он продолжает готовиться с нами, будет нам помогать. Но мы решили, что на пик формы он выйдет только через три месяца.

Абубакар и Хабиб Нурмагомедовы

Абубакар и Хабиб Нурмагомедовы

Фото: ТАСС/Валерий Шарифулин

— Если взять всех ваших соперников, на какое место вы бы поставили Гэтжи по уровню? Первое, второе, третье?

По защите от борьбы он на первом месте. По выносливости в тройку не входит, и я намерен показать это в бою. А уровень его партера — это большой вопрос. Мы никогда не видели, какой он в партере. Уже во время боя буду тестировать.

— Вы говорили, что после Гэтжи хотели бы сразиться с Жоржем Сен-Пьером. В легком весе или полусреднем? Если в легком, то почему? 39-летнему Сен-Пьеру будет сложно столько согнать...

— Как говорится, проблемы индейцев шерифа не волнуют. Мне не важно, сколько он весит и какой у него возраст. Поединок имеет значение только в этом весе. Если бой за пояс, то мы должны драться в легком весе, потому что в 77 кг у него пояса нет, там он — бывший чемпион. Если у нас схватка пройдет за звание чемпиона мира, то в легком весе, так как я там действующий чемпион.

— Вы не изменили позицию — по-прежнему нет желания попробовать себя в полусреднем весе?

Я природный легковес. Моя карьера в UFC как началась в легком весе, так и закончится в нем. Я не хочу прыгать в другие дивизионы, не хочу экспериментировать. Чувствую себя очень хорошо в легком весе на протяжении восьми лет и хочу закончить карьеру в этом весе.

— Периодически поднимается тема о том, что вы находитесь не на своем месте в рейтинге pound-for-pound (термин, употребляемый в единоборствах, в отношении бойца, который признан лучшим вне зависимости от весовой категории. — «Известия»): должны быть не на втором месте, а на первом, которое сейчас занимает Джон Джонс. Сами что думаете по этому поводу?

Если честно, я бы тоже поставил его на первое место. Человек защитил пояс девять раз. Фактически он непобежденный. Да, у него есть поражение, но тогда он не проиграл — его дисквалифицировали. Джонс побеждал очень много громких имен, легенд. По доминации в последние пару лет он показывает не лучшие выступления, многие считают, что он два-три боя проиграл, очень во многих раундах уступил, был замешан в скандале с допингом, но по навыкам он заслуженно на первом месте в рейтинге p4p.

Джон Джонс

Джон Джонс

Фото: Global Look Press via ZUMA Press/Hans Gutknecht

— Соглавным событием шоу UFC 254 может стать бой между Тони Фергюсоном и Дастином Порье. Если так, то кто победит и на чьей стороне будут ваши симпатии?

Думаю, что победить может любой. Я больше склоняюсь к Дастину Порье. Хорошо, если они подерутся в нашем карде. Это привлекло бы больше внимания к нашему турниру.

— Ваш менеджер Али Абдель-Азиз говорит много хороших слов об Усмане Нурмагомедове, который дерется 9 сентября в Москве на турнире GFC/Fight Nights. Он заявил, что Усман — «улучшенная версия Хабиба». Это правда? В чем он лучше вас?

Об Усмане в мире смешанных единоборств еще услышат. Но я предпочитаю его не хвалить, а бить. Думаю, это на него лучше повлияет. У парня 10 боев. Он все выиграл. У нас на него большие планы. Но в данный момент, думаю, неуместно о нем говорить, хвалить его. Ему еще нужно очень многое доказать.

— Если оценивать нынешнюю ситуацию, какова вероятность, что ваш реванш с Макгрегором когда-нибудь состоится?

— Мне это абсолютно неинтересно. Конечно, есть какая-то доля вероятности. У меня впереди — претендент. Заслуженный, крепкий, активный. О Макгрегоре я даже не думаю. Все, что нужно было сделать, я сделал 6 октября 2018 года. А что говорят медиа и так далее, меня совсем не волнует. Я доказал, что как конкурент внутри клетки он никакого сопротивления мне оказать не смог.

— Если завершите карьеру в ММА, это будет окончательно и бесповоротно или?.. А то часто бывает: человек завершал карьеру, а потом возвращался. Макгрегор, например, завершал карьеру уже трижды...

Процентов 90 атлетов, которые завершают карьеры, возвращаются. Какие-то моменты могут быть, но я думаю, что если я завершу, то завершу окончательно. И если даже что-то будет, то какие-то показательные выступления. Во второй раз подняться на Олимп, конечно, будет невозможно. Какие-то моменты не исключаю... Но если в UFC завершу выступления, то 100% больше не вернусь в этот промоушен.

Хабиб Нурмагомедов в бою против Конора Макгрегора

Хабиб Нурмагомедов в бою против Конора Макгрегора

Фото: ТАСС/AP/John Locher

— Вам нужен бой по правилам бокса с Флойдом Мейвезером? И он единственный боксер, с которым вам хотелось бы подраться на ринге?

— Скорее всего, единственный. А нужен ли он мне?.. Думаю, заработать деньжат можно было бы. Но я бы, так скажем, не хотел продавать свое наследие за миллионы долларов. Я понимаю, что по правилам бокса одолеть Мейвезера очень тяжело. Это ни для кого не секрет. Как такового интереса в этом бое у меня нет. Если появится желание заработать деньги, можно будет подраться. А выходить против кого-то еще (по правилам бокса. — «Известия»), смысла нет.

— Вы не так давно назвали пятерку лучших российских бойцов, не считая себя: Петр Ян, Забит Магомедшарипов, Ислам Махачев, Аскар Аскаров, Магомед Исмаилов. Недавно Вадим Немков стал чемпионом Bellator. Теперь Немков — в пятерке? И что думаете об этом бойце?

Несомненно, теперь он в пятерке. Когда я называл эту пятерку, знал, что Немкову предстоит бой и что после победы он может зайти в этот топ. Вадим — не просто профессиональный боец. У него очень большой багаж в виде любительской карьеры. Если не ошибаюсь, он по рукопашке выступал, а прежде всего по боевому самбо. Считаю, что у него хорошие шансы зайти в топ-5 полутяжелого веса. Там Блахович, Ракич, Тиаго Силва, Доминик Рейес. Думаю, Немкова можно поставить на один уровень с этими бойцами.

— В последнее время много говорят о следующем бое Федора Емельяненко. Теперь в качестве потенциального соперника фигурирует Брок Леснар. Американские букмекеры даже назвали его фаворитом в поединке с Федором (если он состоится). А что думаете вы на этот счет? Хотели бы увидеть такой бой?

— Хотел бы. Думаю, более логичным для Федора было бы подраться с Фабрисиу Вердумом. Заработать денег и взять реванш за то обидное поражение. На мой взгляд, такой бой был бы интереснее, чем с Броком. Вердум сейчас свободный агент. Думаю, вопрос заключается только в деньгах.

— Есть ли в ММА бой, который не состоялся, но который вы бы очень хотели увидеть?

— Да, есть. Я хотел бы посмотреть бой пиковых Федора Емельяненко и Кейна Веласкеса. Это была бы эпичная схватка. Когда они были чемпионами, они очень сильно доминировали над соперниками. Была большая пропасть между чемпионом и первым претендентом, когда Федор правил в Pride, а Веласкес — в UFC.

Хабиб Нурмагомедов и Хавьер Мендес

Хабиб Нурмагомедов и Хавьер Мендес

Фото: Getty Images/Mike Roach

— С вами в Дубае будет ваш тренер Хавьер Мендес. Гэтжи заявил: «Мендес не имеет ничего общего с геймпланами Хабиба на бои». В этих словах есть правда?

— В этом плане он абсолютно не прав. Хавьер Мендес с 2012 года — один из важнейших людей в моей карьере. Мы всегда говорим, что он — «намбер ту». Отец — «намбер уан». Последние дней 40 у меня идет усиленная подготовка. Хавьер мне звонит и говорит: «Хабиб, мы же готовимся?» — «Да». — «Отправь мне, пожалуйста, видео спарринга. Я хочу посмотреть». Я отвечаю: «Хорошо, отправлю». И не отправил — забыл, потому что мне было непривычно отправлять свои спарринги, снимать их. Через два дня он мне звонит, говорит: «Хабиб, ты мне обещал отправить спарринг, но не отправил. У нас сейчас тренировочный кемп. Понимаю, насколько тяжелое у тебя сейчас положение. Но мы должны оставаться профессионалами. Сними видео и отправь мне спарринг! Это я тебе уже в приказной форме говорю!» У нас хорошие, теплые, дружеские отношения, но, когда наступает тренировочный кемп, время сборов, мы очень ответственно к этому относимся, а друг к другу — критически. А Гэтжи понятия не имеет, какое общение между мной и Хавьером Мендесом.

— На днях вы опубликовали пост об отце. Как поменялась система подготовки? Это первый бой без отца...

— Система не поменялась, конечно...

— А ощущения?

Ощущения... Когда родного человека нет рядом... Вот этот зал он строил. Он его не увидел. Это был его проект. Парная, бассейн, качалка, груша. Чтобы я во двор вышел и сразу зашел в зал. Чтобы мои близкие, спарринг-партнеры могли сюда прийти. Он понимал, насколько мне тяжело ходить в другие залы, где меня постоянно отвлекают.

Система не поменялась, но отца, конечно, очень сильно не хватает. Что мы можем с этим сделать? Мы должны с этим смириться, принять это и двигаться дальше. Другого выбора нет. Или надо оставить, или, если ты занимаешься этим, надо заниматься ответственно. Я тренируюсь точно так же, как раньше. Может быть, даже еще больше.

— Будет не хватать отца в Абу-Даби?

— Когда я подписывал контракт на бой с Гэтжи, у меня был выбор, где драться, — в Вегасе или Абу-Даби. Я выбрал Абу-Даби, потому что была вероятность, что отец сможет присутствовать. Подписали контракт, и отца не стало. Сейчас уже не можем поменять место проведения: бой пройдет в Абу-Даби.

Хабиб Нурмагомедов с отцом Абдулманапом Нурмагомедовым

Хабиб Нурмагомедов с отцом Абдулманапом Нурмагомедовым

Фото: ИЗВЕСТИЯ/Зураб Джавахадзе

— Вас все знают как суперзвезду. А вы каким стараетесь быть? Что для вас главное в обычном общении?

— Ну точно не звездная жизнь. Вот вы говорите «звезда, не звезда». Давно не слышал, чтобы про меня в моем селении так говорили. Не люблю общаться так, как будто я звезда, а другие люди не звезды. Это неправильно. В зале я жесткий, конечно. Умар сегодня это может подтвердить, вчера Усман мог бы подтвердить. У нас обычные братские отношения. Вот Шамиль сидит, мешает нашему интервью — сигналит. Обычные люди. Мы всю жизнь вместе. Я здесь родился, вырос. Вы же были на горке? Я с пяти лет на эту горку бегаю. И сегодня тоже бегал. Ничего не поменялось. Двигаемся по системе.

— Но просто так появиться на публике в Махачкале вы не можете, я правильно понимаю?

— Теоретически могу. Три дня назад я был в Махачкале, мне нужно было срочно увидеть человека. У меня было где-то полчаса до съемок. Я ему звоню, спрашиваю, где он. Он отвечает, что в кафешке сидит. Я думаю: надо поехать, давно не сидел в кафешках. Поехал туда, зашел. Там сразу официантки, уборщики... владелец приехал, посетители, еще кто-то, они на звонках... Я там посидел минут 15, поговорил — человек 4050 очередь выстроилась фоткаться. Друг говорит: «Хорошо, что я тебя сюда не звал, а ты сам сюда приехал». Мне пришлось стоять и фоткаться минут 25. Что делать — там были дети, женщины. А так да, тяжело бывает где-то появляться. Резко звонят, подтягиваются. Людям хочется посмотреть, пофоткаться, пообщаться.

— Вы не отказываете?

— Процентов 95 нет. Где-то в 5% случаев приходится отказывать. У меня же тоже какие-то свои моменты бывают.

— Как оцениваете свое состояние перед боем с Гэтжи?

65 по 100-балльной шкале. До боя 50 дней. За это время могу войти в 9095. 24 октября постараюсь финишировать соперника. Во втором-третьем раунде хочу закончить бой.

— Это будет интересный бой?

Очень интересный для меня самого. Мне интересно, какой Гэтжи в партере. Мы ни с кем не видели его в партере. По выносливости я считаю себя на две головы выше. А вот в ударке... Многие недооценивают мою ударку. Я 12 лет выступаю в профессионалах. И за это время у меня ни царапинки, ничего такого не было. А Джастина Гэтжи два раза нокаутировали. Очень много урона ему наносили. Он крепкий, стойкий боец. Но в душе я верю, что я на голову выше его в ударной технике.

Джастин Гэтжи

Джастин Гэтжи

Фото: Global Look Press via ZUMA Press/Scott Taetsch

— Поклонники смешанных единоборств часто критикуют вас за то, что проводите в партере большую часть боя...

— За то, что я не проигрываю так, как они хотят? Надо смотреть в корень. Моя лучшая сторона — грэпплинг, контроль сверху. С какого перепуга я должен драться так, как хотят люди? Я доминирующий чемпион. Я 12 лет в этом виде спорта. Еще не случалось в истории смешанных единоборств, чтобы человек, выступающий на таком высоком уровне, так долго шел без поражений. Думаю, это бойцовский IQ. Это то, чем я отличаюсь от тех людей, которые задают вопросы, почему я дерусь так, а не иначе. Это решаю я. А люди если захотят, то посмотрят, не захотят — не посмотрят. Меня это абсолютно не волнует. Те, кто меня любит, посмотрят. Те, кто не любит, тоже посмотрят. Кто-то будет надеяться, что я выиграю, кто-то — что проиграю. Все знают, что я делаю. Пускай останавливают. В этом весь интерес.

— С Конором была злость. А сейчас?

Никогда не выхожу на соперника с какой-то злостью. Вообще, злость — это чувство, которое исходит от обиды, чтобы вы знали. У меня не было злости на него, потому что я на него не был обижен. У меня было хладнокровие и понимание того, куда я иду, зачем и что буду делать. В отличие от меня он этого не понимал. Он примерно предполагал, что будет делать, в каких-то моментах себя не находил, так как понимал, что я намного лучше его в определенных аспектах. У него была надежда на какие-то свои моменты. Я же вышел с холодной головой, был очень хорошо готов, выполнил все инструкции тренерского штаба, очень хорошо также поработали мои спарринг-партнеры. Когда я зашел в октагон, у меня не было злости (в скобках — обиды). Обида у него была. И вы сами видели, чем этот бой закончился. Считаю, что злость мешает в бою.

— Сейчас тоже будут хладнокровие и максимальная концентрация?

Хладнокровие плюс волнение. Волнение где-то помогает вытащить какие-то чувства, какую-то энергетику из тебя. Разумный человек должен волноваться. Он же отдает себе отчет, куда он идет, зачем. Что будет, если выиграет. Что будет, если проиграет. Чемпион этим и отличается от обычного бойца — он может перебороть свой страх, свое волнение, контролировать это, выйти, направить силы в правильное русло и добиться успеха.