Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Об Анатолии Ананьеве вспоминают нынче нечасто, проза его, мягко скажем, не на слуху. Может быть, это с исторической точки зрения и справедливо — не всё и не все проходят испытание временем, — но и позволять траве забвения затягивать прошлое тоже нельзя. Поэтому напоминать нужно. И 95-летие со дня рождения Анатолия Ананьева, писателя-фронтовика, главреда журнала «Октябрь» — отличный повод для этого.

Пожалуй, главное его произведение — роман «Танки идут ромбом», опубликованный в 1963 году. По объему небольшой, он вмещает в себя и солдатские будни, и батальные сцены, и воспоминания о мирной жизни, и авторские размышления, и судьбу героя после войны, и его осмысление произошедшего. Книга производит впечатление чего-то огромного, многомерного — попадаешь в сложный, извилистый мир, из которого непросто выбраться. Я, кажется, и не выбрался: помню содержание очень хорошо через десятилетия после прочтения.

Анатолия Ананьева редко причисляют к представителям «лейтенантской прозы». Хотя и его первая повесть «Малый заслон», вышедшая вскоре после публикации «Батальоны просят огня» Юрия Бондарева (в 1959-м), и «Танки идут ромбом», и многие страницы романа «Версты любви» — это как раз именно та проза, молодых лейтенантов…

Ананьев попал на фронт в неполные 18. А родился вдали от культурных столиц страны, на юге Казахстана, где его отец, красноармеец, боролся с басмачами. Вскоре родители переехали в село под Бугульмой, но со Средней Азией будут связаны немалые отрезки жизни писателя.

Есть сведения, что семья Ананьевых была раскулачена. Так или иначе, в начале 1930-х она переехала в Наманган, что в Ферганской долине. Там Анатолий работал на хлопкоочистительном заводе, учился в техникуме… В 1943-м десять ребят-однокурсников пришли в военкомат проситься на фронт. Военком всем им поставил дату рождения «1 января 1925 года» и отправил в артиллерийское училище в Фергане. До победы дожили из этих десяти парней лишь двое.

На фронт младший лейтенант Ананьев попал накануне Курской битвы. От истребительно-противотанкового полка за первые три дня боев осталась в строю едва ли треть; будущий писатель получил медаль «За отвагу». Как раз те дни и станут основой романа «Танки идут ромбом».

В конце 1945 года 20-летним инвалидом второй группы он вернулся домой к немощному отцу, почти ослепшей матери, больному туберкулезом младшему брату. Работал в колхозе, окончил вечернюю школу, Алма-Атинский сельхозинститут. Делал успехи как агроном, но потом снова стал студентом — на сей раз филологического факультета. В 1963-м переехал в Москву.

Он старался выбраться из военной темы. Писал разное — атеистические повести (тема, востребованная при Хрущеве), книги о послевоенной жизни, роман «Межа» (очень странный, но необходимый для тех, кто пытается разобраться в крестьянской общинности, в том, что вообще случилось с русской деревней).

Есть у Ананьева и своя эпопея — многотомные «Годы без войны». Советовать читать не стану, хотя без нее полотно советской литературы было бы, наверное, неполным. И неслучайно, что к подобным книгам в последнее время возвращаются. Пусть не массовый читатель, единицы, но тем не менее. Думаю, чем дальше от нас будет советская Атлантида, тем сильнее будет любопытство к таким произведениям.

В последние годы как литератор Анатолий Ананьев, подобно Борису Васильеву, ушел в далекое прошлое России. Не столько изучал и художественно осмыслял его, сколько интерпретировал. Но, кажется, главной его заботой был журнал «Октябрь». Главным редактором его назначили в 1973-м, после самоубийства (мучительные боли из-за рака) Всеволода Кочетова.

Кочетов был яростным бойцом, одной из главных фигур в той литературно-идеологической войне, что шла в 1960-е между «Октябрем», «Молодой гвардией» и «Новым миром». Государственники, почвенники, демократы… Победителей не оказалось — тогдашний режим не хотел шума, брожения умов, предпочел заставить спорщиков замолчать. Редакции «Нового мира», «Молодой гвардии», некоторых других изданий были разогнаны, «Октябрь» вроде бы особо не трогали, но программное произведение Кочетова — роман «Чего же ты хочешь?» — стал полузапрещенным, а последнее произведение, «Молнии бьют по вершинам», был издан через 10 лет после ухода автора из жизни, да и то в отцензурированном виде.

На фигуре Ананьева остановились, наверное, потому, что он не примыкал ни к каким лагерям, прозу писал умеренную, с заявлениями не выступал. По строчке Алексея Константиновича Толстого — «двух станов не боец».

И, став главным редактором «Октября», он не пошел в бой, зато постепенно обновил редакцию, опубликовал произведения писателей из разных лагерей. Стихи Олега Чухонцева и Бориса Примерова, прозу Алеся Адамовича и Александра Проханова, Виктора Астафьева и Владимира Маканина. Отдел литературной критики возглавил совсем еще молодой тогда Владимир Бондаренко и привлек в журнал авторов враждовавших ранее «Нового мира» и «Молодой гвардии»: Михаила Лобанова, Владимира Лакшина, Игоря Золотусского, Вадима Кожинова, Игоря Дедкова…

Правда, позже ананьевский «Октябрь» сделал выбор: стал рупором преобразователей. Логическим продолжением этого было появление подписи главного редактора в так называемом Письме сорока двух, где от президента Ельцина требовали «решительных действий» в противостоянии с Верховным Советом, «коммунистическими, националистическими партиями, фронтами и объединениями».

Спустя без малого три десятилетия споры о тех событиях не утихают. Многие считают октябрь 1993-го роковой чертой России. Некоторые подписанты того обращения позже публично раскаялись. Анатолий Ананьев, кажется, нет. Хотя новые времена его явно не радовали. В этом я убеждался, участвуя в одних с ним литературных собраниях конца 1990-х – начала 2000-х.

Ушел он из жизни в декабре 2001-го, оставив «Октябрь» с богатым и разнообразным набором авторов своим преемникам Ирине Барметовой и Алексею Андрееву. К сожалению, сейчас журнал зачах, но вся литературная периодика переживает труднейшие времена.

Из написанного Ананьевым часто переиздаются «Танки идут ромбом». Уверен, что судьба романа будет еще долгой. И это, наверное, главное для писателя — чтоб хоть одним своим произведением оставаться здесь, в мире живущих.

Автор — писатель, лауреат литературной премии «Ясная Поляна»

Прямой эфир