Голландское танцевальное посольство
На XVI международном фестивале Dance Open, завершившемся в Петербурге, выступила труппа Нидерландского театра танца (NDT). В программе — балеты топовых европейских хореографов нового поколения: элегантных традиционалистов Пола Лайтфута и Соль Леон («Немое пространство» и «Дотянуться до звезд») и дерзкого новатора Марко Гёке («Тонкая кожа»). Объединяет их регулярное сотрудничество с NDT и склонность к синтетическим действам, в которых соединяются музыка, танец, изобразительное искусство и кинематограф.
Тандем балетмейстеров Леон и Лайтфута базируется на почитании традиций, прежде всего наследия патриарха NDT Иржи Килиана. У своего знаменитого предшественника они заимствовали экспрессивный стиль пластики модерна и повышенное внимание к музыкальному началу. 45-минутное «Немое пространство» — интеллектуальная медитация-рефлексия, направленная на исследование возможностей синтеза. Узорчатая вязь саундтреков из киномузыки Филипа Гласса провоцирует бесконечные дуэты и трио с тесным физическим контактом танцовщиков.
В музыкально-хореографическое полотно органично вплетены видеоролики, стилизованные под немой кинематограф (видимо, отсюда и название балета). Кадры морского прибоя, спящего зимнего леса, плывущих вдаль облаков добавляют пространственный эффект. Непрерывные фигурации в музыке, вращения и поддержки в пластических ансамблях и слайды на экране сливаются в бесшовный поток, который хореографы растягивают до бесконечности, изобретая новые и новые варианты соотношений.
Камерная постановка «Дотянуться до звезд» — размышление авторов о вечном стремлении человека к неизведанному. Три вращающиеся комнаты с ретрообоями становятся тюремными камерами для обитающих в них людей. Весь спектакль герои пытаются вырваться на свободу: открывают двери, вылезают в окна. Об этом же говорит пластический лейтмотив балета — устремленный ввысь арабеск. Действие одновременно транслируется на двух больших экранах, что добавляет ему объема.
Однако сюжет для хореографов — лишь повод порассуждать на излюбленную тему соотношения музыки и танца. Полетная хореография, диктуемая будто бы сценической ситуацией, на деле исходит от невесомой фактуры миниатюр Гласса и складывается с партитурой композитора в неразрывное целое.
Медитативный тон разбавила «Тонкая кожа» Марко Гёке — приношение хореографа иконе панк-рока, певице и поэтессе Патти Смит. В отличие от вневременных и вненациональных спектаклей Лайтфута и Леон, балет Гёке вполне конкретен. Америка рубежа 70-х — 80-х годов прошлого века. Мир тату, рок-н-рола и случайных связей. Рефлексия в этих реалиях приравнивается к слабости духа. Герои «Тонкой кожи» живут одним днем. Единым порывом и сиюминутной эмоцией. Острыми спичками разжигают вокруг себя огонь — от накала страстей сцена в буквальном смысле дымится — и гибнут в нем.
Иная реальность порождает иные художественные средства. На музыку нервных, пронизанных током песен Смит накладывается столь же аффектированный, высоковольтный танец Гёке. Пластический рисунок балета формируется из немыслимых поз, резких изгибов силуэтов, акробатических поддержек, смелых даже для современного балета. Спектакль словно соткан из импульсивных кульминационных вспышек. И наблюдать за этой магией — чистое удовольствие.
